— Женщины что-то такое носят.

— «Вименс веар дейли»?

— Я не знал, что там про это. Про одежду. — Йозеф посмеялся себе под нос. Вышла серия коротких хрипов вроде кашля. — Я искал что-то о Праге.

— Нашел что-нибудь? В «Таймсе» должно было что-то быть.

— Что-то было. Немного. Но ничего про евреев.

— Про евреев, — повторил Сэмми, начиная понимать. Йозеф надеялся получить новости вовсе не о последних дипломатических маневрах в Лондоне и Берлине или о самом последнем брутальном выступлении Адольфа Гитлера. Он искал там хоть какие-то детали условий проживания семьи Кавалеров. — А еврейский ты знаешь? В смысле, идиш? Знаешь его?

— Нет.

— Скверно. У нас в Нью-Йорке целых четыре еврейских газеты. Там бы наверняка что-то нашлось.

— А как насчет немецких газет?

— Не знаю, но очень может быть, что они есть. У нас тут чертова уйма немцев. По всему городу маршируют и закатывают кутежи.

— Понятно.

— Ты беспокоишься о семье?

Ответа не было.

— А они выбраться не смогли?

— Нет. Пока нет. — Сэмми ощутил, как Йозеф резко мотнул головой, словно желая положить конец обсуждению. — Выяснилось, что я выкурил все свои сигареты, — продолжил он нейтральным тоном, словно зачитывая фразу из книги. — Ты бы не смог…

— Я свою последнюю как раз перед сном выкурил, — перебил его Сэмми. — А откуда ты знаешь, что я курю? От меня что, пахнет?

— Сэмми, — крикнула его матушка, — спи!

Сэмми с пристрастием себя обнюхал.

— Ха. Интересно, может ли Этель это почуять. Ей не нравится, что я курю. Когда я хочу курить, я выхожу из окна — вон туда, на пожарную лестницу.

— Н-да, — сказал Йозеф. — Никакого курения в постели. Тем больше причин мне отсюда съехать.