Его небольшой дом на Голливуд-Хиллз со всей своей меблировкой рассказывает одну бесхитростную историю: у м-ра Рэя Портера водятся деньги. И их достаточно, чтобы не было никаких проблем, никогда и нигде. Тайну выдает освещение. Встроенные огоньки подсветки, смешиваясь с теплым светом ламп, образуют мягкое желтое сияние, которое подразумевает «декоратора». Дом, будучи резиденцией номер два, используемой только ради бизнеса, не наполнен личными предметами. Когда вы в отпуске, сходная безликость дорогих гостиничных номеров вызывает желание скинуть одежду и предаться ебле. В спальне имеется камин, напротив — старинная кровать с балдахином, по обеим сторонам которой стопки книг (все нехудожественные и в каждой по три-четыре закладки). Фасад дома глядит на тот самый вид Лос-Анджелеса, в котором Мирабель так запросто отказано.

Опрятность, которую дом являет каждым кофейным столиком, каждой гранью тумбочки в ванной — это не характеристика Рэя Портера. Однако опрятность — качество, которое он обожает и, следовательно, покупает, нанимая истовую горничную.

В гараже две машины. Одна — серый «мерседес», другая — серый «мерседес». Второй «мерседес» служит для складирования спортинвентаря. Чтобы не пришлось загружаться-разгружаться всякий раз, когда ему вздумается выехать. Рама велосипеда громоздится сзади, а в багажнике лежат роликовые коньки и теннисная ракетка. Когда м-р Рэй Портер искушает судьбу, выезжая поразмяться в потоке машин, то надевает доспехи XXI века — надежные, как встарь, но лишенные романтики: пластиковый велосипедный шлем с козырьком, наколенники и налокотники. Такие вылазки происходят независимо от времени года, иначе говоря, три месяца из двенадцати на м-ре Портере большие черные наколенники с шортами. Когда, оседлав велосипед, обряженный в свою сбрую, он катит по главной улице Сиэтла, единственное видимое различие между ним и насекомым — размер.