Но чем все же нам интересна повесть Ю. Лурье? Или поставим вопрос иначе: почему она интересна?

Прежде всего, потому, что описываемые в повести события были «почти вчера» — четыре-шесть лет тому назад. Это еще свежая рана, это боль, которая только, вот-вот прошла — а мы еще чувствуем её, чувствуем настолько, что не определяем себя без неё, она продолжает звучать в нас, тюрьма и зона 1984–1986 годов. Это наше время, наш быт, существующий и сейчас. Мир, в котором мы сами могли (можем!) оказаться. Орудие пыток, созданное для ломки человека, о наличии которого большинство (всегда подавляющее) до недавнего времени даже не подозревало.

Цель помогает человеку выжить. Даже если эта цель — умереть. Повседневные мелочи приобретают в данном случае совсем иной статус, некоторые из них становятся главенствующими. Именно благодаря такой мелочи (или отсутствию её) читатель начинает сопереживать с автором. Потому-то так дорого авторское излишнее бытоописание и всевозможные отступления… И то, что у нас любят только мертвых… И что существует круговая порука аппаратчиков не только в Геленджике, но и в ЦК КПСС… И что аппарат давно уже принял на вооружение формулу: «возьмемся за руки, друзья, чтоб не пропасть поодиночке»…

И с каждой новой страницей все отчетливее понимаешь, что еще совсем недавно, «почти вчера», из ситуаций, аналогичных той, в которой оказался тренер по боксу, единственным выходом для порядочного человека было бы самоубийство.

А. Горнон

Глава 1

НЕУДАЧА

Все, больше не могу… Передо мною на столе — очередная отписка прокуратуры Геленджика. Ответ на мою жалобу, направленную… в ЦК КПСС. Это на нее месяц назад я получил открытку из прокуратуры РСФСР, в которой значилось: «… Ваша жалоба, адресованная Генеральному секретарю ЦК, направлена для расследования в прокуратуру Краснодарского края…».