- Знаете,- сказал мужик после еще одного перерыва, побольше, - я вам дам телефон помощницы Авдея Сергеича. Вы позвоните ей и с ней все обсудите, хорошо?..

Он, наверное, совершенно офонарел от такой наглости. Какой-то никому не известный господин, а ломается, будто сам Смоктуновский. А вдруг, думает мужик, я чего-то про него не знаю и это какая-то важная птица? И с ним надо как-то поосторожнее.

- Позвоните, - повторяет, - по этому номеру. Ее Светлана зовут. С ней все и обсудите.

Повесил я трубку. Тут жена меня и спрашивает:

- Это кто звонил?.. - Почувствовала что-то.

Я глаза спрятал и говорю:

- Да это от фон К. звонили.

Марина немного помолчала.

- И ты им сказал, что уезжаешь на дачу?

- Да, - говорю, - а что?

- Ты что, - сказала Марина, - совсем дурак?! - И частит, как по писаному: - Ты же не Марлон Брандо, чтобы за тобой гонялись! Знаешь, сколько народу спит и видит, чтобы им вот так позвонили? (Вот, что я говорил!) Ты три дня собирался ехать. Ничего, подождет твоя дача еще один день!

- Нас мама ждет, - сказал я.

На это мое заявление жена выдала такой взгляд, что я почел за благо далее эту тему не развивать.

Теперь небольшое лирическое отступление.

У меня есть близкий друг. Его зовут Наумов. Александр Наумов. (В прошлом - Александр Витальевич.) Когда-то, до 1998 года, он работал начальником аналитического отдела в одном известном московском банке. Он экономист, большая умница и по-настоящему образованный человек, не то что мы, так называемые гуманитарии.

Вообще такой безграмотности, как среди художников или, чуть лучше, писателей, я вообще нигде не встречал. Не зря Чехов их не любил… Обьяснюсь.

Помню, как-то год, что ли, назад, звоню я Наумову после летнего отпуска и гордо так говорю, чувствуя себя чуть ли не профессором Лотманом:

- Я тут в Крыму фонвизинского “Бригадира” перечитывал…