Выяснил, что у Эдгара с Яко одна и та же группа задач.

Переписал решение и отослал в другой конец класса Эдгару, а Яко тем временем принялся за задачи второй группы, чтобы помочь Рихарду.

В классе нас четверо друзей: Фреди, Яко, Эдгар и я. Впрочем, насчет Эдгара, может, я зря так сказал. У меня с ним сложные отношения. Иной раз я чувствую, что он меня недолюбливает, а в другой — что я ему необходим. Мы с ним вроде двух магнитов, которые часто меняют полярность. Поди тут разберись! Человеческие взаимоотношения все-таки исключительно хитрая штука — это надо признать.

Незаметно глянул на Эдгара. Получив записку, даже не посмотрел в мою сторону. Только сгорбился над листом и стал передирать.

Физик сидел, подперев руками подбородок, и смотрел в класс, чтобы создать впечатление, будто он видит каждого, кто попытается слизывать. В действительности при нем можно было сдирать запросто, если только не слишком нагличать. Потому что физик думал, что, списывая решение задачи, мы обманываем самих себя. Он думал, что мы сами должны это понимать, раз мы взрослые. Мысль благородная, нельзя не согласиться. Беда лишь в том, что почти всему классу — и мне тоже — вся физика до лампочки. Мы не собираемся стать физиками. И мне без разницы, сам ли я себя или кто другой обманет меня в этой области. Нет, правда! Мне абсолютно безразлично. И не только о физике речь. Конечно, я понимаю, что учиться надо, если уж ты начал ходить в школу, но что необходимо знать все, что тут заставляют долбать, в это позвольте мне не поверить. По-моему, каждый должен учить то, что он сам считает для себя необходимым.

До звонка оставалось восемь минут. Когда останется пять, физик объявит об этом во всеуслышание.