— Ну все, теперь иди на улицу.

С тех пор дома он уж собаку не оставлял.

Святой прихода является Катилина Миленская. День ее рождения, самая середка лета — большой праздник, который отмечается всеми. В последний раз падре решил отметить его поставив какое-нибудь представление. Можно было бы, конечно, представить что-то из многочисленных деяний святой, но, к сожалению, никаких сведений о них не сохранилось, а была только история о ее смерти. Как всем известно, Катилина погибла после того, как португальцы штурмом взяли Милены. Десять солдат надругались над ней, а наутро в ее дом пришел португальский иезуит-священник и приказал сжечь ее, как распутницу. Она не сказала им ни слова поскольку была немой от рождения, только смотрела на своих палачей кротко и видно было, что она все им прощает. Когда же дрова у босых ног несчастной загорелись, то свершилось чудо: солдаты, надругавшиеся над ней, палач и священник, приговоривший ее к смерти, не выдержали ее кроткого взгляда, бросились в огонь и сгорели там заживо вместе со своей жертвой. В тот же день войска португальцев покинули Милены и город был спасен от страшного разорения. Такова совершеннейшая правда о смерти святой мученицы Катилины Миленской.

Поскольку дон Эрнандо не мог взять в толк, как ему рассказать эту притчу избежав сцены надругательства, не погрешив против истины, он порешил оставить эту историю в покое и обратиться к чему-нибудь не менее известному и серьезному. Например, к сотворению мира. Не откладывая дела в долгий ящик, падре приступил к написанию сценария. По вечерам прохожие видели, как допоздна светится его окошко и по шторам темным силуэтом, размахивая руками, скользит взъерошенная фигура. Было слышно, как он говорит сам с собой: