Покосился на часы. – Обещал в шесть ноль-ноль, – уже семь! Это не по нашему.

– Может, занят?.. – хотело был поддержать хозяйку дома учитель рисования.

– Найн! – дядя Саша пощекотал рюмкой белые усики-треугольник и выпил.

И раздался телефонный звонок.

– Это он! – хмыкнул дядя Саша. – Всегда чует, где пьют. – И попросил жену: – Побалакай с ним. Обещали премию. А может и орден дадут наконец. Из шоколада.

Тетя Аля взяла трубку:

– Слушаю. Да, Сергей Николаевич… Что?.. Да, да. – И голос ее все более сникал. – Да. Неужели так? Нет, дома. – И жена протянула мужу черную трубку, прошептав: – Говорит, со склада опять пропал товар.

– Что он мелет? – закипая, схватил дядя Саша трубку. – Ты чего мне говоришь, директор?! Позавчера проверяли… Что?.. Да… Заперты были. Перерезали?… С-суки.

И, почернев лицом, он больше ничего не говорил.

И бросил, наконец, трубку на рычажки.

– Саша, не бери в голову… – забормотал Александр Александрович. -

Сейчас такое ворье везде. Ты хоть и главный, не уследишь. Может, твои и наводку дали.

– Много украли? – спросил толстый гость. – А то скинемся? Я-то сейчас практически не употребляю, сын валит лес, деньги есть.

Дядя Саша не отвечал, он сидел во главе стола, заставленного красными и розовыми гладиолусами, съежившийся, жалкий, глядя в скатерть.

Тетя Аля вздохнула:

– С дальних ворот въехали и увезли машину телевизоров и всякой всячины. Это больших денег стоит.

– Не понимаю, – наконец, откликнулся виновник торжества. – Там ворота, просто так не открыть. Мы же на территории бывшей ракетной точки. – И вдруг, оскалясь, завопил: – Да что я говорю?! Уже топорами все оборудование вырубили… сам директор рации какие-то на дачу увез… Как может сработать сигнализация, если то и дело нет электричества?! Все на честном слове! Все бывшие военные, с Чечни и

Афгана. Предатели! Наркоманы! За щепотку порошка Родину продадут!..