— А не мог бы ты одолжить их мне прямо сейчас? — Бурк не отрывал взгляда от Арчера. — Сегодня вечером? Мне бы очень пригодились три сотни наличными.

— Перестань, Вуди, — отмахнулся Арчер. — Я не ношу с собой таких денег. Ты это знаешь.

— Я подумал, а почему бы не спросить, — пробормотал Бурк. — За спрос денег не берут. Сейчас люди много чего носят с собой. Инфляция — это, возможно, ощущение собственной незащищенности, готовность к тому, чтобы в любой момент сорваться с места и бежать куда глаза глядят.

— Я никуда бежать не собираюсь, — ответил Арчер.

— Правда? — Бурк покачал головой. — Не зарекайся. — Он нагнулся к Арчеру и прошептал: — Может, деньги у тебя дома? В сейфе, за картиной в столовой? Я с удовольствием съезжу с тобой в Нижний Манхэттен. Сам заплачу за такси.

Арчер рассмеялся:

— Вуди, ты пьян. Утром я пришлю тебе чек.

— С нарочным? — уточнил Бурк.

— С нарочным.

— А ты точно не можешь одолжить мне тысячу? — громко спросил Бурк.

— Вуди, почему бы тебе не пойти домой и не проспаться?

— Стоит человеку одолжить тебе бакс, — сердито бросил Бурк, — как он сразу начинает давать советы. Традиционное отношение кредитора к должнику. Арчер, я думал, ты выше этого. Я пойду домой и отосплюсь, когда сочту, что мне пора идти домой и отсыпаться. — Он повернулся и направился к своему стулу у стойки бара, но, пройдя два шага, остановился и оглянулся. — Ты сказал, с нарочным, помнишь? — В голосе Бурка слышалась угроза.

— Помню, — ответил Арчер, стараясь не рассердиться.

— Ладно. — Бурк добрался до своего стула, ни разу не покачнувшись. Он забрался на стул, расправил плечи и кликнул бармена: — Джо, двойную порцию «Белл» двенадцатилетней выдержки. С водой.

Арчер подумал, что человеку, только что одолжившему триста долларов, негоже заказывать такой дорогой напиток на глазах у кредитора.

— Зачем ты даешь деньги этому забулдыге? — прошептал Эррес.