Вигдис была единственной чернокожей в полицейском управлении Рейкьявика. Ей надоело, что исландцы и иностранцы относились к ней так, словно она не исландка. Как она объяснила Магнусу, хоть ее отец и был американским солдатом, служившим на военно-воздушной базе США в Кефлавике, она ни разу с ним не встречалась, не имела желания встречаться и считала себя такой же исландкой, как знаменитая Бьёрк.

Магнусу она нравилась. Вигдис очень добросовестно относилась к своему делу, и американскому полицейскому было комфортно и привычно работать вместе с чернокожей среди множества бледнолицых.

Арни кивнул, но Вигдис не ответила.

— Я воспринимаю это как «да», — объявил Магнус. — Так. Давайте решим, кто чем будет заниматься.

Головной офис «Одинсбанка» находился на Боргартуне, бульваре, протянувшемся вдоль бухты. По обеим его сторонам стояли дорогие здания из стекла и облицованного мрамором бетона. Здесь не было засилья небоскребов, как в деловых кварталах больших городов США, район был более степенным, более бездушным.

Арни и Магнус въехали на автостоянку позади одного из фешенебельных зданий. Прошли через вращающиеся двери под надписью «Новый Одинсбанк». Вестибюль оглашался звуками бегущей, журчащей и бурлящей воды, низвергающейся каскадами и потоками, вздымающейся фонтанами и струящейся по стеклянным желобам вокруг атриума.

Встретившая их секретарша директора поднялась вместе с ними в лифте на верхний этаж и повела через призрачно-тихий конференц-зал. Компьютеры были выключены, стулья пусты, лишь у дальней стены сидели около десятка мужчин и женщин. Отсюда открывался превосходный вид на гору Эсья, находившуюся за бухтой, словно затаившейся под нависающей над ней серой тучей.