— Нет. Банк платить за это не будет. Я уже говорил тебе: если это не клиент, пусть сам за все расплачивается.

Глядя в упор на озадаченного подчиненного, Гудмундур протянул ему неподписанный документ.

— Но…

— Я выразился совершенно ясно, — прервал его Гудмундур.

Служащий взял документ и медленно вышел.

Гудмундур покачал головой.

— Кое-кто из этих людей не понимает, что мир изменился. Итак, о чем у нас шла речь?

— Вы сказали, что Оскара любили. В банке у него были враги? — спросил Магнус.

— Насколько мне известно — нет. Вне банка вполне могли быть. Он один из компании молодых банкиров, разоривших страну; люди винят его в кризисе наряду с остальными. — Гудмундур покачал головой. — У них просто не было опыта управления банком. Безответственно было допускать их к этому.

В реакции Гудмундура на заслуженное возмездие, постигшее этих самонадеянных ничтожеств, Магнус уловил и несомненное удовлетворение, и огорчение.

— Насколько нам известно, Оскар находился под следствием. Им занимался прокурор, специализирующийся на расследовании биржевых спекуляций. О чем, собственно, идет речь?

— Он ссужал деньги клиентам и друзьям для покупки акций банка, причем делал это тайно. По крайней мере так утверждается.

— Были ли в числе его клиентов русские?

Гудмундур нахмурился еще больше.

— Не думаю, но совершенно уверенно утверждать не могу. В таких местах, как Тортола и Лихтенштейн, существует обширная сеть компаний-акционеров, и пытаться выяснить, кто из них является настоящими владельцами, — безнадежное дело. Но у банка очень мало русских клиентов. — Он сделал паузу. — Точнее говоря, я не могу припомнить ни одного.

— Однако можно предположить, что некоторыми из этих офшорных компаний через посредников владел Оскар?

— Да. Основная компания-акционер — «ОБД инвестмент». Как и «Одинсбанк», она является держателем крупного пакета акций известной цепи отелей и ряда предприятий розничной торговли в Англии и Германии. Это лишь то, что общеизвестно. Возглавляет эту компанию Эмилия Гуннарсдоттир, сестра Оскара. Их офис находился здесь, на Боргартуне.