— Итак, шестьдесят утонуло, восемьдесят четыре осталось, — подытожил Антон. — Из них сразу вычитаем девять рублей на обратную дорогу, остается семьдесят пять рублей, делим на тридцать дней — два с полтиной, или пятьдесят копеек ежедневно на нос. Вполне достаточно на хлеб, молоко и всяческий приварок.

— Ба! — воскликнул Валька. — Еще есть деньги!

— Где?

— Мы Глебу давали на катер?

— Давали.

— А он заплатил капитану?

— Нет.

— Постойте, а может быть, заплатил? Перебрали в памяти весь день: нет, не платил.

— Ну, тем лучше.

— А почему же он не отдал нам деньги? — спросил Кирилл.

— Забыл, должно быть. Видишь, какой день суматошный. Завтра отдаст.

— Ну, ребята, спать!

Расстелив на полу сложенную вчетверо брезентовую покрышку, самбисты улеглись.

— Нет, не нравится мне так, — вздохнув, сказал Кирилл Антону.

— Что, комары?

— Нет, все как-то не так. Неразбериха. Завтра не начнем занятий.

— Обстоятельства такие.

— Нет. Мы тоже виноваты.

Антон вздохнул и ничего не ответил. Прошло ровно двадцать четыре часа с того момента, как они сели в поезд. И был день первый…

3

БОИ. ИЗГНАНИЕ

В ЦАРСТВЕ АМАЗОНОК

НЕПРИСТУПНЫЙ ЗАМОК НА ГОРЕ

Проснувшись рано поутру, самбисты с гиканьем спустились к озеру, выкупались, освежились и обнаружили, что находятся в необыкновенно красивых краях: дремучий лес стеной отражался в зеркально-неподвижной темной воде, по которой изредка расходились широкие круги; ласковое солнышко, проникая сквозь заросли, струилось на землю, пятная причудливым узором сочный зеленый мох.