– Женат?

– Нет.

– Надо спросить у наших, есть ли кто-нибудь на примете.

– Зачем?

– Познакомим лейтенанта.

– Валя!

– Хоть пристоен будет! Может, головой начнет думать, когда в следующий раз в аппарат включится!

– У нас половина офицеров не жената. Что ж ты их не пристраиваешь?

– Этих пристроишь, как же! Знаю я их философию: то автономка, то отпуск!

– Никого не надо ни с кем знакомить!

– Надо! Вас только пусти на самотек, вы враз себе кралю организуете. Вагину-Палладу! Нормальных девушек надо искать. Но вам же нормальных не хочется!

– Валя!

– Я женсовет на это дело подключу.

И начались походы Робертсона по гостям. Его усаживали за стол, расспрашивали о его героических предках, усаживали напротив него девушку. «Вы кушайте, кушайте!»

Приглашали его вместе с Рустамзаде – так, для числа, чтоб это не выглядело как смотрины. Тот, пользуясь ситуацией, ел в три горла.

– В следующий раз, когда пойдем, надо курочку заказать! – говорил он. – Давно я курочку не ел!

Так они побывали в нескольких семьях.

– Слушай, Сашок! – говорил Рустамзаде. – Нам надо в ДОФ на танцы попасть, а то с этими визитами от Валентины Ивановны мы совсем нюх потеряем! И к Андрюхе мы никак не попадем. Знаешь какое там мясо нас ждет!

Эпизод. Пирс, лодка, строй перед ней. Перед строем старпом и зам. Выступает зам:

– …Наш поход является проявлением патриотизма и осознания высокого долга перед Родиной!

Голос зама звучит на заднем плане, а на переднем – Поляков. Он стоит в первой шеренге, а разговаривает он, не поворачивая головы, с офицерами из второй шеренги.

– Что он сказал? (Поляков.)

– О патриотизме говорит. Мол, пора!

– Очень пора. А знаешь, какая самая первая самцовская обязанность?

– Ну?

– Метить территорию. Особыми выделениями особой территориальной железы. Выходишь. ежедневно и метишь. У нас зам окончательно выздоровел? Как там его протоэнурия?