— О!.. Дорогие, — оценила та, прикуривая от подставленной зажигалки.

Он заодно подпалил и свою сигарету — из другой, обычной пачки. Затем обратил неуверенный взор на магнитолу, точно видел ее впервые; осторожно нажимая кнопки, отыскал подходящую станцию, отрегулировал громкость…

А через пару минут стал поглядывать на подозрительно притихшую девчонку, расслабленно устроившую затылок на удобном подголовнике.

Угнанный часом раньше автомобиль осторожно сдал назад и, выехав из темного закоулка, исчез на оживленных улицах ночного города. На пыльном асфальте — рядом с тем местом, где только что стояла иномарка, в неестественной позе остался лежать человек.

Легкий ветерок слегка поглаживал светлые волосы молодой женщины. Глаза с густо подведенными ресницами были широко открыты, а сердце билось все реже и слабее…

И вот, наконец, последний еле различимый выдох поставил точку в ее короткой, сумбурной жизни.

Прочитав всплывшее на мониторе послание, Гроссмейстер прикрыл утомленные глаза и пару минут сидел неподвижно…

ОНА писала о нежданных гостях, заявившихся до неприличия поздним вечером; о желании их скорейшего ухода. Извинялась, обещала скоро выйти на связь и завалить его письмами — лишь только наступит ночь. Говорила: мысленно подгоняет время, чтобы поскорее стих за дверью шум неугомонной компании, а муж неверною походкой отправился в спальню…

И он приготовился ждать. Сначала вяло сопротивлялся назойливым мыслям о веселье, в котором ОНА, вероятно, принимает живое участие; затем невольно встряхивал головой, отгоняя кошмарное видение пристававшего к НЕЙ с нетрезвыми ласками мужа…

Дабы отвлечься, занялся работой. Но того занятия хватило на минуту — взгляд норовил уплыть в сторону от светлого прямоугольника, утонуть в ночном безмолвии за окном…

Наконец, из кабинетного полумрака будто подсказывая спасительное решение, проступило пестрое пятно с рядами застывших черно-белых фигур.