Мечта о свидании с президентом в горах Катоктин, среди премьер-министров, действовала на Бабетту возбуждающе.

Раздался какой-то звук.

…бум… бум… бум…

Это партнер ударялся своей президентской головой об изголовье Линкольновской кровати.

— Ох, — прошептала Бабетта, — да… да… о-о-о-о… да-а-а…

От этого они иногда кончают. Мужчины любят убедительную фонограмму.

Бабетта украдкой взглянула на светящийся циферблат своих наручных часов. Господи, он долбит ее уже больше получаса. В обычную ночь она была бы на седьмом небе, но только не сегодня. Жена дальше по коридору, повсюду агенты Секретной службы. Говорила же она ему: сегодня ночью? Здесь? Разве это разумно? Эти военные моряки без риска даже кончить не могут.

Он потел. И был горячий на ощупь. Дыхание казалось затрудненным. Что это за новый звук?

Хр-р, хр-р, хр-р, хр-р.

Хрюкает. Отлично. От этого она почувствовала себя не более сексуальной, чем кусок мяса.

Она открыла глаза и тут же пожалела об этом. Ну и видок у него — как у большого измученного лосося, отвоевывающего себе место среди камней, чтобы обрызгать икринки струйкой своей ДНК, а потом всплыть кверху брюхом и спокойно помереть. Ну разве не романтично?

Наверно, в своих фантазиях он воображает ее сейчас другой женщиной. Другим телом, увиденным в каком-нибудь журнальчике.

Хр-р-р-р-р-р-р-р-р.

Слава богу, наконец-то!

— О-о-ох, — соврала она.

Тишина. Простыни стали влажными от президентского пота. Бабетта любила чистые, свежие, выглаженные простыни, как те, что стелили им в британских гостиницах, накрахмаленные до хруста.