– Не к ответу, а к уравнению, понял? – спросил Баранкин.

– К какому? – никак не мог сообразить Малинин.

– К очень простому, – пояснил Баранкин, – «икс» плюс два «икс» плюс восемь равно двадцати шести, значит, в итоге получается, что три «икс» равно двадцать шесть минус восемь и…

– И три «икс» равно восемнадцати, – подхватил Малинин, и хором с Баранкиным закончил: – Значит, «икс» равен шести.

– А дальше все проще пареной репы, – Баранкин даже присвистнул.

– Математика – гимнастика ума, это еще Суворов сказал, – раздался за спиной чей-то знакомый голос.

Баранкин с Малининым оглянулись и увидели бегущего за ними по пятам Вадима Котова – лучшего физкультурника из их класса. То, что он их увидел и догнал – это было Баранкину неприятно, а то, что они при свидетеле решили задачу по математике – это его вполне устраивало.

– Да я сейчас любую задачу могу решить! – самоуверенно заявил Баранкин. – Что там у профессора не ладится с какой-то задачкой?! Я ему с ходу все дорешу!.. – Говоря все это, Баранкин действительно чувствовал в уме какое-то невероятное просветление, какого он еще не испытывал. – Где профессор? Дайте мне этого профессора! – чуть не на всю улицу закричал он и обернулся на бегу.

Но оказалось, что бородатые дяди уже сошли с дистанции. Один из них отошел прихрамывая на обочину дороги. Другой, подойдя к нему, присел на корточки и стал чертить палочкой на земле, объясняя что-то своему коллеге.

Баранкин поискал глазами Котова, но его не оказалось рядом – тот прибавил скорость и затерялся среди бегущих.

– Давай закрепим решение, – предложил Малинин.

– Давай, – пыхтя и как-то вяло согласился Баранкин, но вдруг в его глазах промелькнул не то чтобы испуг, а что-то вроде замешательства. Он не мог вспомнить не только решение задачи, но и саму задачу. – А ты помнишь условие? – растерянно спросил Баранкин Малинина.

– Я уже ничего не помню, – сознался Малинин.

– И я тоже ничего не помню, – удивился Баранкин. – Почему же тогда мы на бегу так легко решили задачу?