Вадим: Как это не решив?.. Они решили задачу! Я своими ушами слышал. Решили, когда бежали рядом с какими-то научными работниками! Я об этом уже Михал Михалычу по телефону рассказал. И эти профессора тоже на бегу какую-то задачу нерешенную решили.

Эра: Это в биополе научных работников они решили задачу!

Вадим: Между прочим, Михал Михалыч сказал, что это не Баранкин решил задачу, потому что оказался в биополе профессора, а профессор решил уравнение потому, что был в биополе Баранкина!.. Михал Михалыч так и сказал: за то, что Баранкин с Малининым помогли своим биополем справиться с нерешенным уравнением, – только за одно это я вывожу им годовую тройку по математике!

Все (тихо, сквозь слезы): Ур-р-а!..

Зина: Поздно кричать «ура»! Поздно!

– Надо же, – всхлипнула Светлана Умникова, – несколько дней до окончания учебного года не дожили!..

– И до долгожданных каникул тоже несколько дней не дожили! – поддержала ее Марина Веткина.

Зина: Раз уж они сами такие «недожители», то хоть бы голоса свои нам оставили! Ведь оставался же раньше голос Юры!

Неожиданно со стороны Бородинского моста подкатил мотоцикл со старшим братом Вадима Котова и с Венькой Смирновым. Ребята рассказали им о том, что случилось.

– Если бы они были отличниками, тогда бы еще было жалко, а двоечников за что жалеть? – удивился Венька Смирнов.

– Как тебе не стыдно! – сказала Фокина. Все девчонки снова заплакали в голос…

– А ты-то чего плачешь? – тихо спросил Баранкин хлюпавшего Малинина.

– Мне нас с тобой жалко…

– Так мы же живы… – так же тихо сказал Баранкин.

– Все равно почему-то жалко! – Малинин ревел уже так громко, что его услышали на берегу.

– Слышите? – спросила Марина Эру и Зину. – Баранкина и Малинина нет, а голоса опять есть, а вы мне не верили!