Тогда-то она перестала быть Олюшкой, а время ожило в злобном зеркале, превратив родовое гнёздышко в пустой холодный склеп.

Хоть бы Алка заглянула. Подруга детства, единственная из уцелевших. Из тех, о ком говорят: «Не красавица, но чертовски обаятельная.» В отличие от нерасторопной Ольги в Алке кипел и бурлил денно и нощно гейзер нерастраченной энергии. Всё успела: замуж выскочить, родить крепыша Вовку, развестись, снова выйти, опять развестись, создать с нуля свой, весьма успешный, бизнес. На всё времени хватало, даже на непродолжительные, но бурные романы. Ольга же так и застряла в скромных конторских служащих из тех, кто с утра до ночи корпит за себя, руководителя, соседку справа, слева и по диагонали. И кого с завидной регулярностью обходят стороной при раздаче премий и тридцатипроцентных отпускных путёвок в подмосковные пансионаты. Давно Алка не звонила. И не заскакивала, проезжая мимо на своей баклажанной «девятке». Значит, снова крутит любовь с очередным «экземпляром» – так ласково Алка именовала своих кавалеров. Это недели на две, не меньше: четыре одиноких выходных… Впрочем, есть наглый рыжий Маркиз, который может оказать любезность и громко помурлыкать в обмен на банку дорогущего «Вискаса».

Она заставила себя подойти к зеркалу и задержаться перед ним долее обыкновенного. Критично вглядеться в каждую морщинку. До красавицы, конечно, далеко. Но и не дурнушка. Среднестатистическая. Волосы светлые. Глаза серые. Нос… длинноват. Фигура обыкновенная. Характер пессимистический. Унылый и скучный. Душой компании никогда не была. Обществу предпочитает книжки. Диагноз: безнадёжна.

«Возьми себя в руки. – Приказала себе Ольга. – Это просто весенняя усталость. Авитаминоз. Вот настанет лето, и всё будет казаться другим.»

Откуда-то из глубины стародавних времён пришла в голову идея: лучшее средство от депрессии – поход по магазинам.