Аль не разговаривал с Джорджем Папасом. Они презирали друг друга. Джордж презирал Аля за то, что Аль был всего лишь рядовым членом шайки, а Аль — Джорджа за то, что Джордж совсем не принадлежал к ней. Они общались только за игрой в кости, где их беседа сводилась к замечаниям вроде: «Что, прокатился?» — и тому подобное. Аль повесил пальто на вешалку и обеими руками взялся за шляпу, чтобы не потревожить прическу.

Он подобрал газету «Филадельфия паблик леджер», которая лежала на прилавке перед Джорджем, и сел за стол, отведенный компании Эда. Стол этот находился в самой передней части зала, в углу возле окна, где в аквариуме копошились различные ракообразные. Аль посмотрел первую страницу: Гувер собирается устроить на рождество прием для представителей прессы. Он перелистал газету и нашел новости спорта.

— Здорово, — раздался голос. Это был Кубок.

— Здорово, Кубок, — ответил Аль.

— Двойное виски? Бекон с корочкой? Кофе? — спросил Кубок.

— Нет, — ответил Аль. — Подай мне меню.

— Для чего? — спросил Кубок. — Читай лучше газету.

— Черт бы тебя побрал! Подай мне меню, пока я тебя не прирезал.

— Ладно, ладно, — сказал Кубок, убегая. Он вернулся с меню в руках и положил его справа от Аля. — Пожалуйста.

— Ты еврей, что ли? Тебе что, не сказали, что сегодня рождество, или в тех местах, откуда ты родом, рождество не справляют? Между прочим, откуда ты, милок?

— Не твое дело, — ответил Кубок. — Индейка у нас неплохая. Хочешь кусок? Я было подумал, что ты уже пришел завтракать.

— Сегодня рождество, ты, ухо, — заметил Аль.

— Знаю, — сказал Кубок. — Ну, решил, что будешь есть, или я должен торчать тут целый день, пока ты родишь?

— Большой ты шутник, Кубок, — сказал Аль. — Давай мне ужин за полтора доллара.