Здесь и приказчики одеты получше, и обращение с покупателями другое.

На этом рынке и встретят и обслужат деликатнее. Хозяева лавок в хорьковых шубах разгуливают около своих магазинов, время от времени собираются в кружок и с солидным видом ведут деловые разговоры. А тем временем в магазинах орудуют многоопытные приказчики, у них и языки по-особому подвешены, они умеют так завлечь, заговорить покупателя, так ловко показать товар, что редко кому удается увернуться от них, ничего не купив.

Хозяева на улице беседуют о векселях, о сроках, о банкротстве, о ценах, поднимающихся или падающих в крупных торговых центрах, о своих поездках в Лодзь или Харьков.

А в старых каменных лабазах идет торговля. Здесь — постоянный полумрак, так как нет окон и свет проникает только через дверь. За прилавком приказчик, он вываливает перед покупателем груду тканей, шерсть, сукно, шелка английских, немецких, русских «фирм» с поддельными марками, с фальшивыми пломбами. Показывает и отмеряет, а отмеряя, без умолку трещит и под шумок хоть как-нибудь да обманет.

И на этом рынке в большие базарные дни руки не знают отдыха, и здесь у магазинов на возы укладывают товары, завязывают тюки, забивают ящики, приказчики и грузчики снуют туда и обратно, полки пустеют, а в кассе — полно.

Это — добрые деньки для хозяев, получающих крупные наличные деньги, неплохо и приказчикам, которым покупатели оставляют «чаевые», а хозяева выплачивают проценты с каждой покупки; перепадает и посредникам, маклерам, которые привлекли новых покупателей или уговорили старых рекомендовать товары своим знакомым. Все получают свои проценты.

Хозяева, их жены и взрослые дети в такие дни всегда в магазинах. Сколько бы ни было приказчиков, они не могут управиться со всеми, и им на помощь приходят домочадцы. Одни помогают в работе, другие просто наблюдают. Никто не уходит до самого позднего вечера, когда лабазы запирают, на дверь вешают массивный замок с цепью, а железные шторы со скрежетом опускают вниз.