И уж уходить собирается, да спрашивает его спокойный брат:

— А если это не Пингвиний Нос окажется, тогда как мы убежим?

Оборотился к нему пёстренький и отвечает:

— Это Пингвиний Нос. Все пингвины Отца слушаются, без него ничего знать не могут, а мы правду от самой правды знаем, нам спрос не нужен.

Сказал — и ушёл.

День проходит, другой проходит, на третий глядят братья на рыбу, что им пёстренький принёс, — а одна рыбина без головы, другая без хвоста. Схватили они всю целую рыбу в охапку да бросились, куда безголовая хвостом показывает. Бегут, бегут, глядь — пингвин на бугре стоит, по сторонам глядит, а под бугром дыра — не дыра, а вроде пещерка ледовая. Легли на лёд да за льдинку спрятались, чтобы не видно их было пингвину.

Тот брат, что погорячее, хвать — а молотка-то скального нету! И правильно — он с вещами под бугром лежит. А спокойный брат и говорит:

— Не торопись, тут хитростью брать надо. Я пингвина от пещерки уведу, потом обратно приведу, а ты тем временем вещи забери.

Сказал, из-за льдинки вышел да на бугор идёт, значит, вразвалочку. Идёт — и говорит пингвину:

— Не понимаю, как ты на месте можешь стоять. Мы вот который день пляшем, чтобы не замёрзнуть, и плясать-то уже не помогает, вишь — я и гулять начал, чтобы согреться.

Отвечает ему пингвин:

— Жиру у меня много, вот и тепло мне.

Спокойный брат ему:

— А я тогда другого не понимаю — как вы нырять можете? Коли жиру много, так всплывать сразу должны.