А горячий спокойному:

— Да, и тот ямный, что на Урале нам повстречался, сказывал: в таких делах надобно молчать да глазами смотреть.

И спокойный горячему:

— Али что прозрачное в тумане дум наших есть, что как непрозрачное увидеть можем? Не понимаю.

А горячий спокойному:

— Давай-ка, брат, вспомним лучше, что мы такого у ямных глазами видели.

Стали вспоминать. Много чего вспомнили — и грибы, и лаву, и колонны, и плошки, и столы да стулья каменные. Самоцветы тоже вспомнили. А на что думать — непонятно.

Подумали-подумали да и решили: надо им последнюю змею найти. Убивать её незачем, а про Парниковый Камень спросить — отчего нет?

Долго ли, коротко ли идут братья — вдруг горячий у спокойного и спрашивает:

— А скажи, брат, из чего истуканы острова Пасхи сделаны?

— Да вроде из туфа вулканического, — спокойный отвечает.

Идут братья дальше. Долго ли, коротко ли идут — вдруг горячий у спокойного снова спрашивает:

— А скажи, брат, что те за газы парниковые, от которых на всей Земле жарко станет?

— Да вроде пар водяной да газ углекислый, — спокойный отвечает.

Идут братья дальше. Идут-идут, глядь — вулкан перед ними стоит, с верхушки дым валит да лава змейкой огненной стекает.

Горячий брат и спрашивает спокойного:

— А вот лава из вулкана течёт. Скажи, брат, а ведь из неё тоже газы разные выходят? Не знаешь ли, что те за газы?

Подумал спокойный брат и отвечает:

— Да вроде пар водяной да газ углекислый… тоже.

Обрадовался горячий брат да и говорит спокойному:

— Нам теперь никуда идти не надо. Парниковая Камень это лава, и последняя змея это лава, и она — мать всех камней.

Спокойный брат горячему отвечает:

— Прав ты, братец. Нам теперь только то понять осталось, как нам лаву из-под земли вынуть.

А горячий ему: