– Но?

– Конечно, лучше бы поместить его в стационар.

– То есть всплываем в конце боевой службы, даем радио, мол, на борту больной, и идем в базу? И за боевую службу нам ставят два балла. А в базе выяснится, что он просто устал и все это от головной боли. Так?

– Товарищ командир, давайте не будем спешить.

– Хорошо, не будем. Что предлагается?

– Давайте освобождать его от вахты при малейшем подозрении на якобы головную боль. Я начну давать ему успокоительное. Пройдем небольшой курс, а там и до базы недалеко.

– Хорошо. Держите меня в курсе. Нам надо продержаться девять суток.

– Я понял, товарищ командир.

Через сутки командир решил поговорить с Димой. Он из каюты вызвал на связь центральный пост:

– Есть центральный!

– Осеева ко мне.

– Есть!

Через минуту к нему в каюту постучался Дима:

– Разрешите, товарищ командир?

– Да, заходите. Как вы себя чувствуете, Осеев?

– Нормально.

– А головные боли больше не беспокоят?

– Побаливает иногда.

– Врач уверен, что вам нужно пройти курс лечения. Попринимать успокоительного.

– Он вам докладывал обо мне?

– Конечно. Это же его обязанность. Все должны быть здоровы и на своих местах.

Для этого у нас на корабле и имеется врач. Так что, Осеев, продержимся или нам всплывать по вашему поводу?

– Из-за головной боли?

Дима ворвался к доктору:

– Что ты обо мне сказал командиру?

– Я? Ничего. Доложил, что периодически тебя надо подменять с вахты, чтоб ты прошел у меня небольшой лечебный курс.

– Курс? Он же только что говорил со мной. Спрашивал, продержусь ли я до конца похода. Что ты ему рассказал?

– Дим, ты успокойся и сядь.

– Какое там успокойся! Он же меня шизофреником считает. Что ты ему рассказал?

– Так! А теперь спокойно, ладно? Сядь!