Рукоятки у них, похоже, были сделаны из такой же кости, как та пудреница, которую папа подарил маме после их ссоры из-за жаркого — оно пережарилось, и мама сказала, это все оттого, что папа пришел слишком поздно. Альцест был индейцем с деревянным томагавком и с перьями на голове. Ну прямо — толстая курица! Жоффруа, он ужасно любит наряжаться, ведь у него папа очень богатый и покупает ему все, чего он ни попросит, пришел в настоящем ковбойском костюме: кожаные штаны и жилет, клетчатая рубашка, огромная шляпа, пистонные револьверы и жутко острые шпоры. У меня на лице была черная маска, мне ее подарили на карнавале, а на шее красный платок — старый мамин шарф. И я взял ружье, которое стреляет стрелами. Выглядели мы классно!

Мы пошли в сад, а мама сказала, что позовет нас на полдник.

— Так вот, — сказал я, — я буду молодым героем на белом коне, а вы — бандитами, но в конце я с вами разделаюсь.

Только они заспорили. Вот ведь всегда так: играть одному — скучно, а ребята без конца спорят.

— Почему это ты будешь героем, а не я? — сказал Эд. — И потом, почему это у меня тоже не может быть белого коня?

— С такой башкой ты не можешь быть героем, — сказал Альцест.

— Ты, индеец, лучше помолчи, а то получишь пинок под гузку! — закричал Эд, он ведь очень сильный и часто дает ребятам кулаком в нос. А «пинок под гузку» меня сперва удивил, но тут я увидел, что Альцест и вправду похож на толстую курицу.

— Во всяком случае, — сказал Руфус, — я буду шерифом.

— Ты — шерифом? — возразил Жоффруа. — Прямо обхохочешься! Где это ты видел, чтобы шериф ходил в кепи?

Руфус разозлился, потому что его папа — полицейский.

— Мой папа носит кепи, и никто не обхохатывается.

— Над ним еще как обхохотались бы, оденься он так в Техасе, — сказал Жоффруа.

И Руфус как даст ему! Тогда Жоффруа выхватил из кобуры револьвер и закричал: