Дядя прибыл, как и обещал, ровно через тридцать минут. Войдя в квартиру, обнял мать, поцеловал в щеку сестру. От чая отказался, но с удовольствием выпил рюмку коньяка из неприкосновенных запасов Светланы Петровны. После чего удобно устроился в кресле и подозвал к себе племянника. Мальчик послушно подошел, но в лицо дяде не смотрел, старательно изучая узор на ковре.

— Ты, — дядя поднял вверх указательный палец, — должен мать слушаться. И не добавлять ей забот.

На этих словах дядин палец сменил направление и теперь указывал точно в лоб Ильи. Мальчик никак не реагировал на дядины слова, казалось, он их просто не слышит. Дядя, привыкший, что младший командный состав и рядовые с трепетом внимают его речам, был возмущен до глубины души. Возмущенная дядина душа потребовала немедленных действий, вследствие чего он встал с кресла и навис над племянником, как крейсер «Аврора» над утлым рыбацким суденышком, случайно за-плывшим в Финский залив.

— Ты понял меня? — В дядином голосе появились раздражительные нотки.

Племянник молчал, упрямо разглядывая ковер.

— Я не слышу ответа, — слегка повысил голос дядя. — Ты понял меня?

Мальчик молчал. Подобного издевательства нервы Николая Петровича решительно не выдержали, взбесившиеся нейроны дали команду рукам…

— Я с тобой говорю, щенок! — взорвался он и залепил Илье пощечину. Голова мальчика дернулась в сторону, щека мгновенно покраснела. Бабушка Нина Васильевна кинулась к сыну и внуку, чтобы остановить экзекуцию, но в это самое мгновение маленький упрямец решил постоять за себя и со всей силы заехал дяде ногой чуть пониже пояса.

Остаток вечера никак нельзя было назвать скучным. Женщины втроем висели на дяде, изо всех сил пытаясь удержать его от противоправных действий в отношении племянника. Дядя с криком «убью паскудника» рвался в бой, мальчик спрятался в ванной и затаился там.