С т а р у ш к а. Ты у меня такой... ну такой, знаешь, замечательный, душенька, что мог бы стоять и на высшей ступеньке, а не у самых дверей.

С т а р и к. Будем скромны... Удовольствуемся малым.

С т а р у ш к а. А вдруг ты загубил свое призвание?

С т а р и к (неожиданно плачет). Загубил? Закопал? Мама, мамочка! Где моя мамочка? Сирота (всхлипывает), сирота, сиротка...

С т а р у ш к а. Я с тобой, чего тебе бояться?

С т а р и к. Ты, Семирамидочка, не мамочка... кто защитит сиротку?

С т а р у ш к а. А я, душенька?

С т а р и к. Ты не мамочка!.. А я хочу к мамочке...

С т а р у ш к а (гладит его по голове). У меня сердце разрывается, не плачь, деточка.

С т а р и к. Ы-ы-ы, не трогай меня, -ы-ы-ы, мне больно, у меня перелом призвания.

С т а р у ш к а. Тшшш...

С т а р и к (ревет, широко открыв рот, как младенец). Я сирота... сиротка...

С т а р у ш к а (стараясь успокоить его, баюкает). Сиротка моя, моя душенька, как душа болит за сироточку... (Баюкает старика, вновь усевшегося к ней на колени.)

С т а р и к (рыдая). Ы-ы-ы! Мамочка! Где моя мамочка? Нет у меня мамочки.

С т а р у ш к а. Я тебе и жена, и мамочка.

С т а р и к (немного успокаиваясь). Неправда, я сирота, у-у-у.

С т а р у ш к а (продолжая его баюкать). Сиротка моя, детка маленькая...

С т а р и к (еще капризно, но уже не плача). Нет... не хочу... не хочу-у-у...

С т а р у ш к а (напевает). Сирота-та-та-та, сиротин-тин-тин-тин, сиротун-тун-тун-тун...

С т а р и к. Не-е-ет.

С т а р у ш к а. Тра-ля-ля, ля-ля, тру-лю-лю, лю-лю, тирлим-пам-пам, тирлим-пам-пам.

С т а р и к. Ы-ы-ы. (Шмыгает носом, мало-помалу успокаиваясь). А где моя мама?

С т а р у ш к а. В райском саду... Слушает тебя, смотрит из райских кущ, не плачь, а то и она расплачется!