Мике самому хотелось нынче поспать на печке: назябся в дороге-то и хорошо бы на тёплом просе угреться… Но, как и его отец, не любитель перечить матери, он, вздохнув, пошёл спать к Сандрику под полог.

Улёгся с ним рядом, потолкал — спит, не просыпается.

Вот счастливый: ему что, он в доме не за старшего, его заботы лёгкие.

Мика стал думать, как теперь жить. Лишний парень в семье — не помеха, а вот девчонка — дело другое. О сестрёнке надо по-особенному заботиться. И одеть-нарядить. Это ведь не мальчишка, негоже выпустить на улицу в драном. И оберечь-защитить, ведь известно: девчонка пугается и мышонка…

Покряхтел Мика, поворочался с боку на бок. Как же теперь на войну отъехать, когда две женщины в доме? Одна старая… другая малая. Сандрик с ними' не управится. Да ещё и хворенькая попалась, ножки ватные. Её ставят — она валится… Вот диво-то, надо завтра самому посмотреть. С такой мыслью Мика и заснул.

ПТИЧКА-НЕВЕЛИЧКА И ЕЁ ПРИЧУДЫ

Проснулся Мика в тревоге. Что-то в его жизни изменилось, а что — не сообразит. Заспал вчерашнее.

Напомнила ему мать. Потолкала в плечо, потрепала за чубик и шепнула:

— Спит наша птичка-невеличка. Ну и не буди. А проснётся, покорми её молочной кашей. Вот она тут, на загнётке, на угольках будет долго тёпленькая.

— Ладно, — отозвался Мика и, не залёживаясь, стал одеваться.

Мать поторопилась в коровник: там у неё были стельные коровы, о которых она сильно беспокоилась, а Мика поспешил по своим хозяйским делам.

Задёрнув полог кровати, чтобы Сандрик дольше поспал и под ногами не путался, Мика выбежал из сеней во двор вместе с Кудлаем.

Мика умылся снегом, а пёс повалялся в снегу. Потом принялись за хозяйство.