
— С другой стороны, — сказал Кузьмич, — может быть, Иван Ефимович и вовсе из Парижа не уезжал. Может быть, он загулял на стороне, благо его супруга отбыла в Москву и он оказался на положении соломенного вдовца. Во всяком случае, несколько дней спустя после исчезновения он мне позвонил из своей квартиры примерно в восемь часов утра.
— Ну и что? — спросил Карл.
— А ничего. Я поднимаю трубку, а он дышит и молчит. Я говорю: «Ты чего, Иван?» А он, разбойник такой, молчит!
— Может быть, из его квартиры кто-нибудь другой звонил?
Кузьмич призадумался, склоня набок голову, и сказал:
— Может быть, и другой.
6. Тем временем Вероника стояла, озираясь по сторонам, напротив высокого дома светло-серого камня на бульваре Курсель, где Середа снимал маленькую квартиру неподалеку от станции метро «Бланш». Наконец она толкнула застекленную дверь парадного и вошла.
Консьержке, даме равномерно полной и высоченной, как афишная тумба, она сказала, что хотела бы нанять квартиру, которую прежде занимал господин Середа, поскольку он закончил свою миссию в Париже и вернулся на родину навсегда.
Консьержкасказала:
— Je suis surpris que ce monsieur de Russie n’est pas m’en a parlé. Par ailleurs, l’autre jour qu’il était recherché par la police. C’est trop choquant. D ailleurs, je m en fout. Suivez-moi.
