— Оригинал-макеты Верунчик немножко подработала. Разделила полиграфию на цветную и двухкрасочную. Так будет дешевле. А раньше все полноцветом печатали.

Лицо Седовой, дизайнерши, сразу повеселело и перестало казаться недобрым.

«Недохваленная она просто, — вдруг понял Чистов. — А может, и недолюбленная», — он не очень вникал в личную жизнь сослуживцев.

— В основном Щегол постарался, — продолжила Наталья. — Нашел нового импортера — с той же кожей, но почти на четверть дешевле.

— А это не опасно? — усомнился осторожный Владимир Сергеевич. Он никогда не был склонен к риску. — С прежним тоже неплохо оставалось.

— А мы с прежним и сработаем! — хохотнул Щеглов, успевший прожевать второе пирожное и подозрительно косившийся на третье.

— Стандартная схема, — пояснила Фирсова. — Переслали предложение старому поставщику и спросили, что ему приятнее: насовсем потерять клиента или уменьшить свои аппетиты? В итоге сошлись на двадцати процентах дискаунта плюс оплата после поставки.

— Отлично, — оценил Чистов. — Еще и на оборотных средствах выгадаем.

— Точно, — подтвердил довольный Щеглов, ухвативший таки очередное пирожное.

— Артем, хорош! — прикрикнула на него Наталья. — И так уже в штаны не влезаешь!

— Вот это и есть неуважение к трудящимся, — заныл Щеглов, реально побаивавшийся неполиткорректную Фирсову. — Да еще к подчиненным, к офисному пролетариату! Вон, поди, к директору претензий нет!

— Директор так эклеры не жрет, — парировала Фирсова. — А по утрам пятерку каждый день бегает. Хоть в дождь, хоть в мороз.

«Интересно, откуда она узнала?» — подумал Чистов, не сильно склонный к нерабочему общению даже с приятными ему сотрудниками.

— Пять километров? — ужаснулся Артем. — Каждый день? — Он посмотрел на Чистова как на инопланетянина.

— Ну да, бегаю, — пришлось согласиться Чистову. — Уже лет двадцать. Как спорт бросил.