Между тем писательница раздумывала, как бы использовать эту злосчастную новеллу. А что, если она включит ее в сказку? Но это была совершенно самостоятельная, законченная история. Она бы странно выглядела среди других историй, которые легче объединялись воедино. А может быть, было бы не так уж плохо, подумала она тогда, если бы все главы сказки стали бы чем-то вроде завершенных историй? Это трудно, но само по себе вполне возможно. Не исключено, что при этом не получится цельного повествования. Да, но, пожалуй, это сделало бы книгу богаче и сильнее.

Итак, два важных решения были приняты. Определено было, что книга будет романом и что каждая глава будет абсолютно самостоятельной, но этим было достигнуто не так уж много. Когда у нее возникла идея написать сказку о кавалерах Вермланда, ей было двадцать два года, теперь же ей было уже около тридцати, а она успела написать не более двух глав. На что же ушли у нее эти годы? Она окончила семинарию, вот уже несколько лет, как она работала учительницей в Ландскруне,

Происходило все это, между тем, в восьмидесятые годы, в период расцвета строгого реализма. Она восхищалась великими мастерами своего времени и никогда не помышляла о том, что в сочинениях можно было пользоваться языком, отличным от их языка. Со своей стороны, она больше любила романтиков, но романтизм был мертв, а она не была человеком, собиравшимся вновь возродить его формы и выразительные средства. Хотя ее голова и была переполнена историями о привидениях и бешеной страсти, прекрасных дамах и жаждущих приключений кавалерах, она пыталась писать обо всем этом спокойной реалистической прозой. Она не была особенно прозорлива. Другой бы сразу увидел, что невозможное невозможно.

Однажды она, однако, написала две маленькие главы в другой манере. Одна из них была сценкой на кладбище Свартшё, в другой речь шла о старом философе, дядюшке Эберхарде, и его исповедях в безверии.