— Вы, консьерж, — объяснял ему режиссер, — больше чувства, когда вы говорите: «Бедняга, он застрелился! Сам искал смерти, ибо она его обходила» Это очень важно! Очень важно! Эта фраза больше не оставляла Анатоля Филатра.

Покинув студию, он зашел в аптеку, чтобы купить отраву для крыс. Получая пакет, он почувствовал себя в ладах и с Богом, и с Пилатом. У него в кармане есть чем расплатиться. Теперь он имеет право ходить с высоко поднятой головой. В метро ему казалось, что люди ошеломлены его интеллигентным видом и полнейшим спокойствием. С какой гордостью он пройдет мимо Пилата.

«Завтра я расплачусь с вами, месье Пилат», — небрежно скажет ему.

И он продолжит свой путь без каких-либо комментариев, оставляя позади жирное, гнусное, удивленное существо.

В метро заскрипели тормоза электрички, толпа выдавила его из вагона, и он торопливо поднялся по лестнице, увешанной разноцветными рекламными афишами.

Наконец-то свежий воздух! Тротуар! Он быстрым шагом пошел по асфальту. Замаячил черно-зеленый фасад пилатской конторы. Но хозяина не было на своем посту. Наверное, вот-вот появиться. Если он не выйдет, Анатоль Филатр был полон решимости сам открыть дверь, чтобы торжественно заявить Пилату: «Завтра я с вами расплачусь, месье Пилат…» Он повторял эту фразу, которая вертелась во рту как леденец.

Осталось несколько шагов до двери Пилата. Но почему в конторе не горит свет. Почему металлические жалюзи опущены? Сын неба забеспокоился и быстро подошел к входной двери, остановившись, он неуверенным жестом приподнял свою засаленную фетровую шляпу. На дверях похоронного бюро висело объявление в двойной траурной рамке:

«Закрыто в связи с кончиной». Пораженный Анатоль Филатр широко открыл глаза и приблизился к объявлению. Он точно прочел: «Закрыто в связи с кончиной». Траурные буквы резко выделялись на белой бумаге: «Закрыто в связи с кончиной».

Анатоль Филатр забежал к консьержу.