— Мизерный! — вздыхал Сын неба.

И смотрел с холодным отвращением на этого человека, благополучие которого зависело от количества проданных гробов. Анатоль Филатр был натурой чувствительной, он не может свыкнуться с мыслью, что этот бородатый могильщик был когда-то озорным мальчишкой, его школьным товарищем и воришкой, они вместе играли в шарики или в плевки.

— А ваш брат, месье Филатр, как кормилица, все молочком кормит? — спрашивал Пилат.

— Ну, да!

— А пирожные с кремом не для вас, ха! ха! Жаль, жаль, — съехидничал Пилат. Анатоль Филатр опустил голову и смотрел на темную лужицу, образовавшуюся у ног. Ему неудобно было сразу уйти от важного месье Пилата, тем более что последний не спешил прервать разговор:

— Какой ливень! — говорит Пилат, — Зайдите в контору немного обсохнуть.

Анатоль Филатр осторожно вошел в бюро ритуальных услуг и сел в указанное ему кресло. Но как только его зад прикоснулся к мягкой коже сиденья, Сын неба подумал о несчастных вдовцах, о безутешных сиротах, которые сидели на этом самом месте, и все его тело напряглось.

Бюро месье Пилата было скромным, опрятным и строгим. Прямоугольный стол, размером с надгробный камень. Витрины, где сложены обработанные и лакированные уцененные гробы. На стеллажах лежали всевозможные бронзовые ручки и образцы обивки для гробов. Повсюду большие фотографии похорон. Месье Пилат доминировал над этим мрачным миром своей оскорбительно здоровой и наглой персоной. Он с удовлетворением потер руки и заявил грубым голосом:

— А я, голубчик! Я не жалуюсь. Дела идут хорошо. Позавчера трое похорон по первому разряду. Двое сегодня…..

— Замечательно! — смущенно замечает Анатоль Филатр.

— Замечательно! Правильно сказано! Ритуальная служба, как и другая коммерция, должна иметь клиентуру. Взгляните на похоронное бюро месье Муйе, моего конкурента напротив, он одну неделю работает, другую отдыхает. И почему, я вас спрашиваю?