Но делать было нечего и, выйдя из вагона, он поплелся вдоль перрона, ежась от утреннего холода, к зданию вокзала. Оно было большим, двухэтажным, с двумя залами ожидания и буфетами, а так же множеством киосков, торгующих всякой мелочью, преимущественно — китайского производства. В общем, это был самый обычный вокзал самого обычного крупного города и, усевшись в зале ожидания и глядя на сонных транзитных пассажиров, Пропащий почувствовал себя уже вовсе не пропащим, а средним человеком, среди таких же средних.

Посидев немного, придя в себя и освоившись, он решил пройтись и осмотреться. Есть ему пока особо не хотелось, но все же он подошел к одному из буфетов, находившемся здесь же, в углу зала. Там было полно всего, включая выпивку и сигареты, даже горячие сосиски с гарниром подавали, но посмотрев на цены, Пропащий прекратил всякие дальнейшие исследования его содержимого. При этом он успел почувствовать чей-то изучающий взгляд, направленный на него со стороны ближайшего к буфету ряда кресел. Посмотрев туда, он увидел в углу, у самой стенки, пару барыг, которые о чем-то тихо и, как показалось Пропащему, недобро переговаривались, глядя на него.

Стараясь не обращать на них внимания, он направился к выходу из вокзала, ведущему в город. Постояв на крыльце и поглазев на полную суматохи привокзальную площадь, он не обнаружил там ничего для себя интересного. Ему хотелось пойти прогуляться в город, но не мог же он это сделать в тапочках! Задумчиво почесав затылок, он повернулся, что бы снова войти в вокзал, но тут случилось то, чего он так опасался.

«Стоять!» Пропащий буквально ткнулся носом в портупею одного из двух милиционеров, стоявших у него за спиной. Это были молодые, и не сказать что бы здоровые ребята (не в пример тому бугаю со станции), но, тем не менее, при всех положенных им причендалах и с дубинками наготове.