Каустическая сода разъедала руки матери до костей. Выстиранное бельё нужно было в громадных бельевых корзинах на санках вывезти на реку и прополоскать. Зима, мороз, а куда от работы деться? Когда она приходила в подвал, то страшно было смотреть на её опухшие и синие руки все в язвах. Дети, дети! Великий и могучий инстинкт материнства! Куда от него деться? Нас кормить нужно и на следующий день она снова погружала свои руки в каустик… Неграмотной, неспособной лгать и лицемерить, заискивать "перед сильными мира сего", остаётся только одно благородство души и каторжный, страшный труд".

Что делает бабка? Она идёт к заведующей прачечной и просит перевести на другую работу, в гладильню, "пока руки не заживут" Удивительная наивность: что, после того, как они "заживут", их снова можно в каустик запускать? Дайте, "люди добрые" передышку, а там можно и убивать меня?

Заведующая отказала бабке. Причина простая: бабка была до предела нищей, и ничем из своих заработанных грошей, не могла "задобрить" "хозяйку". О, Русь! Не обольщайся, не бейся и не обманывайся! Провозгласив сегодня "эру отказа от коррупции", ты, что очень сомнительно, и забудешь о ней, но тебе никогда не избавиться от родного лихоимства и взяток!

Бабку уволили и за двадцать четыре часа приказали убраться из занимаемой подвальной каморки.

И опять эти вечные поиски "крыши над головой"! Сколько существуют "россияне", столько они и заняты решением вопроса о "крыше над головой" Вначале "хоть бы какая", а потом — "найти получше" Многие так и не доживают до ступеньки с названием "найти получше"

"… пошла искать квартиру с искалеченными руками "ради Бога" Подруга пустила её в боковую комнату, на дворе зима стояла, как нас перетаскивать из подвала, когда мы все раздетые и разутые? Берёт мать одного, поменьше, укутает в тряпьё, посадит на санки, да и везёт. Так всех и перевезла"

А что мой "дедушка"? Он мне всё же родственник! Почему "нельзя о мёртвых плохо говорить"? Если в его теле сидела поганая и подлая душонка, то от моего молчания разве она лучше станет? Нет! А как всё же быть с душами "великих"? И о них следует говорить "только хорошее, или ничего?"