Телефон на столе зазвонил, и я поднял трубку. Голос Джейн сообщил:

— Мистер Паппас на проводе.

— Соединяй, — бросил я.

Раздался щелчок, и послышался голос Джорджа:

— Привет, Джонни! — «Джонни» он произносил с мягким акцентом.

— Джордж! — сказал я. — Как у тебя дела?

— Хорошо, Джонни. А у тебя?

— Не жалуюсь.

— Может, поланчуем? — спросил он.

— Слава Богу, хоть ты вспомнил об этом! — сказал я. — А то уж я боялся, что придется есть в одиночестве!

— Где встретимся?

У меня блеснула мысль.

— Джордж, — сказал я, — заходи сначала сюда. Хочу показать тебе свой кабинет.

— Красота, наверное? — спросил он с легким смешком.

— Красота — не то слово, — сказал я. — Выглядит, как гостиная в первоклассном французском борделе! Приходи, посмотришь! Скажешь, как тебе нравится.

— Приду в час, Джонни, — сказал он.

Мы попрощались.

Я вызвал Джейн и попросил собрать всех начальников отделов ко мне в кабинет. Пора поговорить с ними; к тому же, что за удовольствие быть боссом, если перед тобой никто не виляет хвостом?

Собрание длилось почти до часа дня. Обычное дело. Сплошь поздравления и пожелания успехов. Я сообщил им, что дела компании идут не лучшим образом, что пора кончать заниматься чепухой и приниматься за дело, в противном случае мы все останемся без работы. При этом мне было как-то не по себе. В этом кабинете, одна отделка которого обошлась тысяч в пятнадцать, я явно чувствовал себя не в своей тарелке. Но, похоже, никто из моих подчиненных этого не заметил. Прежде чем закрыть совещание, я предупредил, что к концу недели на моем столе должны лежать расчеты из каждого отдела, где было бы указано, без кого и без чего мы можем обойтись. Пора кончать с расточительностью и неэффективностью, если мы хотим пережить этот экономический кризис. Затем я отпустил всех обедать, но увидев, с какими лицами они по одному выскальзывают из кабинета, понял, что ни одному из них кусок в горло не полезет.