На корме одного из катеров к кормовому пулемету привязана мартышка в матросской робе и береге. Она вроде тоже отдает честь.

К борту крейсера подходит лоцманский катер. С него на борт крейсера по трапу поднимаются лоцман, переводчик и роскошная военная морская индонезийская дама – все внимательно смотрят на ее зад (очень красивый).

Корабли пришвартовались, начальство (форма одежды: белая шерстяная тужурка и такие же брюки – при плюс сорока это удивительно до чего здорово) готовится сойти на берег.

– А теперь тихо! – Бузык и матросы сидят в каюте в темноте. – Всем запомнить, что буду говорить. Это пираты, а это означает, что оставили он нас в живых по неизвестным пока причинам. И все это может поменяться в один миг, а потому, только нас отсюда выведут, следить за мной во все глаза. Как только вскину руку вверх, значит, нападаем на ближайших. Цель – оружие. Не порешат они нас, как баранов. Все согласны?

– Ага.

– Но это крайний случай. Понятно? Пока ни на какие провокации не поддаваться, пусть даже при вас они кого-то убивают.

Наше дело отсюда слинять. Сохранить всех и слинять. А для этого чем надо думать, Геша?

– Головой, наверное, тащ-ка.

– Молодец! Именно этим местом. А потому запоминать и запоминать все, что сможете увидеть: дорогу, небо, речку, течку. Понятно? Есть среди нас охотники-следопыты?

Невысокий молчаливый парень, похожий на бурята, откликается: