Я до сих пор не пойму, зачем менты это делают, ладно спиртное или наркоту запрещают, это можно понять. Но вот чай зачем? Наверно, для того, чтобы продавать его тем же зекам, 100 граммовая пачка стоила пятнашку советскими деньгами, а та-же пачка индийского — стоила четвертак. Но цены везде были разные, в Казахстане чай ценился больше, в Азии он был дифицитом, и стоил соответственно дороже. Для сравнения; спичечный коробок анаши — стоил пятнашку, а бутылка водки — четвертак, так что чай приравнивался к наркотику и спиртному. Удивительно, как это наши дураки у власти, ещё не запретили чай в стране.

По началу я не понимал: Зачем это мужики сухой чай жуют, и какой от этого толк? Но как оказалось после, толк был. От малой подвижности организм слабеет, а чай как известно расширяет сосуды и усиливает кровообращение, поэтому зеки постоянно чифирят и слегка балдеют от этого. А где нет возможности запарить чифир, жуют сухой чай сглатывая слюну.

После шмона, всё вроде успокоилось, мы расположились и начали болтать о всякой ерунде.

Ехать нам предстояло долго, поезд был почтово-багажный и стоял на каждом столбе, и до конечной остановки, мы ехали в среднем 8–9 часов.

Конвой не очень беспредельничал, и поэтому ехать было более или менее спокойно. На пресс не кого не тягали, пресс — это когда конвой придирается за какую ни будь мелочь, потом заводят в отдельную камеру и начинают прессовать. Бывали случаи, когда мужиков так забивали на прессе, что они сами до своей камеры дойти не могли, их приволакивали под руки и закидывали в клетку. Для «козлов» — же, это была развлекаловка.

В туалет допросится, целая проблема, индивидуально не кого не водили хоть обоссысь, и когда уже большинство зеков начинали хором кричать, то разок выведут в прядке очереди по одному человеку, но только по малой нужде и в скором порядке. Зеки всегда запасались целлофановыми пакетами, мало ли когда нужда нагрянет, и не дай боже в этом случае понос. Перед этапом все обязательно сидели на параше, в КПЗ ведь отъедались домашними харчами, а непривычный после многомесячной баланды желудок, давал потом о себе знать.