
Так что доброта народов — фикция. Добр к вам (если добр) в момент, когда вы покупаете его товар, хозяин магазина. Мир кипит враждебностью. И это нормально, ибо работают древние, как сама жизнь, инстинкты. Лучшая защита от чужой ненависти — мужество. И настороженность. Нужно иметь танки и ядерные боеголовки, чтобы народ боялись соседи. Не то целый народ российский превратится в восточногерманскую корову, злобно пинаемую по пути на бойню. Ногами в живот, в морду, в глаз… в живот, в морду, в глаз…
Космополитизм современного мира — фикция. Нации и племена ничуть не дружелюбнее сегодня друг к другу, чем они были два тысячелетия назад. И вторая мировая бойня, и уничтожение Ирака, и война в Югославии тому примеры. Только на высшей ступени жизни, в мире промышленников или, положим, музыкантов с мировыми именами, возможен космополитизм. На уровне простой, ежедневной жизни народы относятся друг к другу в лучшем случае настороженно. В больших городах враждебность менее заметна, в небольших населенных пунктах бросается в глаза. Стратегию жизни следует строить, исходя из чужой враждебности.
Элена и Николаэ
Их допрашивали, а они сидели — он время от времени касался ее рук своей рукой, успокаивая ее. Они сидели, затиснутые в угол неизвестного помещения, затиснутые столами из пластика, по-моему, этот материал называется «формика». Трусливо спрятались те, кто их допрашивал, присутствовали только голосами.
