— Как мы все это проделаем?

Грегори неопределенно пожал плечами. По-прежнему стоя у окна, он был целиком поглощен своей тростью.

— Ты мне сказал, что это легко, — произнес я, сам пораженный ноткой неприкрытой жалобы, прозвучавшей в моем голосе.

(Иногда я говорю так, что можно подумать, будто меня оскорбили. Я чувствую себя глубоко задетым, едва не лишенным дара речи.)

— Легко и есть, Терри. Просто надо все хорошенько обдумать.

За несколько минут мы разработали план, впрочем более чем примитивный. По плану Грег должен был держаться с Мирандой значительно грубее, чем предполагали сложившиеся между ними отношения, довести ее до слез, а потом улизнуть, в каковой момент на сцене должен был возникнуть я, причем о наличии своей рыжеватой персоны в квартире я предупрежу Миранду, открыв дверь на ее звонок.

— Ты уверен, что у тебя получится? — спросил я непринужденно, боясь его спугнуть.

— Конечно, — ответил Грегори. — Нет ничего проще. Она сама теперь то и дело хнычет.

— Почему?

Звучит неплохо, подумал я. Миранда действительно может проделать все обещанное, если замудохается так же, как я. (Уж я бы точно проделал, с кем угодно.)

— Не знаю, — сказал Грегори. — Я всегда стесняюсь спросить. Думаю, она просто тронутая. Сейчас большинство девиц такие.

— Куда это ты собрался? В то пидорское место?

— Ничего в нем пидорского нет. Там и девиц много.

— Ну, не пидорское — тогда бисексуальное.

— Угу. Теперь послушай. Как ты насчет того, чтобы сходить за вином и прочим? Мог бы ее на всякий случай напоить.