— Это ты меня нарочно накручиваешь. Она тебя ненавидит.

— Да-да, я знаю.

— Кажется, тебе это очень нравится.

— Нет.

— Ты ей завидуешь.

— Нет.

— Считаешь себя выше всех нас.

— В некоторых отношениях — да.

— В некоторых отношениях! Господи!

— Я просто отвечаю на твои идиотские реплики. Лучше помолчи и будь внимательней за рулем.

— Ты меня вечно язвишь своим зверским высокомерным спокойствием, тебя ничто не трогает, ничто, ты никогда не плачешь, как нормальные женщины.

— Может, я только при тебе не плачу.

— Ты вообще не плачешь. Не умеешь. Плачут только люди. А ты, когда никого нет, сидишь с самодовольной улыбочкой, как Будда.

— Ну хватит. Прости меня, пожалуйста!

— Что же ты меня вечно мучаешь!

— Ты сам себя мучаешь.

— Тебя все ненавидят, тебе это известно?

— Нет.

— Ну хорошо, меня тоже ненавидят.

— Я бы сказала, что ты довольно популярен.

— Потому что они не знают, какой я на самом деле.

— Знают. Люди любят паршивых овец.

— Паршивая овца! Какая банальность!

— Могу обозвать чем-нибудь похуже.

— Черт возьми, они не знают, какая ты. Они думают, ты самодовольная ханжа. Знать не знают, что ты сам дьявол.

— Ой, ну хватит.

— Мне физически тошно рядом с тобой.

— Тогда останови, я выйду.

— Никуда ты не пойдешь! Я тебя не пущу!

— Ох, какой дождь!

— Ты меня провоцируешь, а потом я же буду виноват. Знаю я твои штучки. Все время вспоминаешь, как я потерял работу, никак успокоиться не можешь.

— Ты сам все время об этом заговариваешь.

— Ты мне на словах сочувствуешь, а сама думаешь, что я дрянь, никчемный неудачник.

— Это ты так думаешь, а не я.

— Я бы тебя убил за такие слова.