В гостиной никого не было.

— Папа!

В пустой комнате его крик был похож на писк, и он побежал обратно в прихожую.

— Тур Эрик!

Никакого ответа.

Юаким огляделся и наконец понял, что папы нет дома.

Пылесос стоял посреди гостиной. Папа обещал убрать квартиру, потому что к ним вечером собирались прийти в гости Янна и Вилли.

На кухонном столе стояла гора грязной посуды, которая росла с каждым днем, самые нижние тарелки стояли там уже четыре дня.

— Нам больше не на чем есть, — сказала утром мама.

— Ты права. Днем я вымою всю посуду, — пообещал папа.

В спальне занавески были задернуты, стоял кислый ночной запах и кровати не были застелены.

В комнате Юакима тоже было темно.

Папы нигде не было. И за весь день он так ничего и не сделал.

Юаким расстроился. Он мечтал, чтобы папа был дома и сделал все, как обещал.

За завтраком папа шутил и смеялся, значит, днем произошло что-то ужасное, если он не убрался в квартире и не вымыл посуду.

Юаким вышел в прихожую.

Папины башмаки стояли на месте. Нарядные ботинки тоже. А вот деревянные сабо исчезли. Значит, папа ушел куда-то недалеко.

Пальто висело на вешалке. Кожаная куртка тоже. Не хватало только штормовки. Ее папа надевал, когда шел куда-нибудь далеко.

Сабо и штормовка.

Близко и далеко.

Как увязать это друг с другом?

Юаким нахмурился. Видно, у папы был трудный день.

Он вздохнул. Им всем бывало трудно, когда у папы случались трудные дни.

Хорошего настроения как не бывало. Юаким был уверен, что застанет папу дома. А сидеть дома одному было и вовсе бессмысленно.

Юаким решил пойти и поискать папу. Вот только знать бы, где его искать!

Сабо и штормовка.

Какая глупость!