Вуди вновь зевнул и, удовлетворённо зарычав, почесал живот. Нэт заулыбался. А когда Вуди стал чесать себе морду, то выглядел таким тупым, что сама мысль о том, будто этот пёс обладает сверхъестественными способностями, показалась ему совершенно нелепой. Нэт засмеялся. Все попытки справиться с собой оказались напрасными. От смеха у Нэта заболел живот, а по телу разлилась слабость. Мальчик повалился на траву рядом с Вуди. Пёс, прекратив почёсываться, стоял, навострив уши, — глупый и ничего не понимающий.

— Прости, пожалуйста, — извинился Нэт. — Я смеялся не над тобой, клянусь! Просто…

Нэт вновь посмотрел на Вуди, который теперь уставился на него, как на безумца.

— Так уж вышло, — мальчик понизил голос, — что я подумал, будто ты установил со мной мысленную связь и, возможно, показал мне, что с тобой произойдёт, если я тебя не заберу. Должно быть, я это сам нафантазировал.

Вуди положил большую лапу на плечо Нэту, словно напоминая, что тот ещё не закончил свою речь. Нэт поднял с травы щётку. Он по-прежнему не сомневался, что мистер Тейт солгал насчёт Вуди и тех причин, по которым хотел избавиться от пса.

Богатое воображение мальчика заработало с новой силой. Нэт мысленно сравнивал Вуди с изображением немецкой овчарки и волка. Вуди, конечно, в большей степени напоминал волка, только лапы у него были куда длиннее, а странная причёска на голове и шее выглядела как настоящая грива. И нижняя часть каждой лапы какая огромная! Чуть ли не в два раза больше кисти Нэта. А пальцы длинные. Необычно длинные и соединённые между собой тонкой кожаной перепонкой.

— Как у волка, — сообщил Нэт матери, когда они вместе с Эпл пришли посмотреть, как он расчёсывает Вуди. — Ты знаешь, что только у волков и ньюфаундлендов лапы с перепонками между пальцев? — возбуждённо спросил он.

— Или, возможно, Вуди родился счастливым!

Но Нэт твёрдо верил, что это ещё один признак, подтверждающий его версию происхождения Вуди.