Пёс перестал моргать и теперь неотрывно смотрел на Нэта. Шёл первый час дня, и бетонный двор заливал солнечный свет. У Нэта закружилась голова, словно он мог лишиться чувств. Мальчик тряхнул головой, пытаясь прочистить мозги от застилающего их тумана, и заметил во взгляде собаки что-то особенное. Её странные янтарные глаза смотрели теперь по-новому. Они наблюдали за Нэтом, лучась теплотой и умом. Золотистое сияние словно шло изнутри, будто кто-то зажёг свечу прямо в голове пса. Нэт забыл двор, жуткого фермера, мать и даже дедушку. Он видел своё отражение, двух маленьких Нэтов Карверов, по одному в каждом глазу, и неожиданно почувствовал, как его губы расплываются в улыбке.

Потом с Нэтом случилось что-то уж совсем невероятное. Солнце зашло. Или, что точнее, на несколько секунд Нэт оказался где-то ещё. Безжалостное солнце сменила сверкающая молодая луна. Прохладный ветерок теребил одежду, ледяная вода плескалась у самых кроссовок мальчика. Что-то лежало на кромке воды, мягко покачиваясь на маленьких набегающих волнах. Нэт подошёл ближе и увидел большую светлую собаку со связанными лапами — мокрую, со спутанной шерстью, с закрытыми глазами. Собака выглядела грустной, одинокой и абсолютно утонувшей.

И тут Нэт внезапно понял: Тейт выполнит свою угрозу, если они не согласятся забрать пса. Едва видение исчезло, он вновь почувствовал жар солнца. Пёс не сдвинулся с места, глядя на Нэта своими невероятными золотистыми глазами, которые постепенно обрели прежний цвет.

«Он заставил меня это увидеть», — подумал Нэт. И ощутил панику. Внутри у мальчика всё похолодело, несмотря на то что солнце светило с прежней силой.

— …Или ты хотел взглянуть на лабов в конюшне?

Нэт тряхнул головой, вновь осознав, что он не один.

— Извини, каких лавов, дедушка?

— Лабов, — поправил его Мик. — Ты хотел бы взглянуть на щенков лабрадора в конюшне Мейджера? Я обещал тебе щенка, Нэт. А это… Э… собака, о которой я совершенно не думал.