Словом, пустилась девочка в плавание. И если первый день и первую ночь небо над морем было ясным и бездонным, то к полудню второго дня плавания ситуация коренным образом изменилась. Порывистый ветер принес с собой тучки, из которых тут же образовалась могучая кучка, и шторм, который начался сразу после того, как небо затянулось низкими облаками, бушевал в течение полутора суток. Сначала девочка гребла в сторону от надвигавшихся с юга туч, однако очень быстро выбилась из сил и поэтому вцепилась в мачту, на которой болтался и хлопал нелепый парус, своими прозрачными ручками, сунула под себя весло, чтобы было потом чем грести, и зажмурилась.

Болтанка получилась что надо, врагу не пожелаешь. Несколько раз Гера приложилась затылком к чему-то твердому и холодному и решила для себя, что это был купол неба.

На исходе третьего дня буря стихла так же внезапно, как и началась.

Девочка приподняла голову и к ужасу своему обнаружила, что половина плота оказалась оторванной и уплыла в неизвестном направлении. Но самым ужасным было наличие акул. Их было никак не меньше десятка, и кружили они вокруг плота, пассажиром которого была девочка, постепенно сужая радиус. Крепко сжимая в руках уцелевшее весло, наша героиня предприняла последнюю отчаянную попытку сохранить свою жизнь, и эта попытка увенчалась успехом, как и все предыдущие: на горизонте показалась земля. Гера на одной жажде жизни догребла до берега, где ее изумленному и обрадованному взору предстало жилище оленьего пастуха.

“Время – это яйцо. Оно заключено в огромной скорлупе бытия.