Маршрут в Святовы капища действительно повторять не хотелось.

Это случилось лет десять назад, когда задора у друзей было явно больше, чем разума. У Валентина Сергеевича только-только кончилась официальная часть командировки: они изучили и, как говорится, «описали» довольно значительную пещеру – и по размерам, и по культурологическому значению.

В этой пещере много тысячелетий назад жили их предки. По крайней мере, предки Бакенщика – точно: его семья вроде бы никогда не переезжала из этих мест, не считая его собственной, не вполне удачной, учебы на Северо-Западе.

Ученых интересовало всё: что ели – кости сохранились в изобилии, во что одевались, как охотились и как умирали. Рисунки на стенах, выполненные самодельными красками и разным «ковырятельным» инструментом, очень помогали в решении поставленных задач.

Вот тогда-то Бакенщик и упомянул Святово капище, на которое в свое время, лет десять тому назад, случайно попал.

На гору его тогда загнал невиданный дотоле в здешних краях ливень: пока не выбрался на плоскую вершину, навстречу неслись мощные потоки, тащившие за собой не только глину и сучья, но даже довольно приличные камни. А как вышел наверх – хляби разомкнулись, дождь прекратился, выглянуло солнышко. Это было так странно, что даже не сразу полез в пещеру, которая плавно уходила вниз от единственной на плоской вершине скалы.

До того ни одной пещеры не пропускал – так тянуло его любопытство.

Отдохнул, перекусил маленько и все же двинул вниз, хотя уже понимал, что это святое место, капище. Здесь их много было, от старых людей осталось, предков. Недаром стоявшая внизу, на берегу реки деревенька в два с половиной вросших по окна в землю дома (она же последняя из обитаемых) называлась Святово.

Бакенщик еще от деда слышал, что капища не для любопытных предками сотворены и не для любопытства должны быть посещаемы. Однако здраво рассудил, что раз он – прямой наследник их создателей, то ему можно.