Виновница всей перестановки моя сестра Рита, ставшая мамой Ритой, снисходительно слушала наши разговоры и то и дело скрывалась в соседней комнате, чтобы посмотреть на дочь. Нам так часто туда заходить не разрешалось.
Был еще один человек, которому с появлением Аллочки присваивалось звание отца. Но он не знал об этом. Сам виноват. Уехал в неизвестном направлении и адреса нам не оставил.
Игрушки-погремушки и все такое прочее
Пятьдесят лет – подходящий возраст для юбилея. Но когда человек только что начинает жить, и пятьдесят дней – круглая дата. Мы с Ольгой еще накануне отправились в магазин «Буратино» за подарками. Я купил набор погремушек, а она выбрала три резиновые и три гуттаперчевые куколки. Продавщица уложила погремушки и пупсиков в две разные коробки, и мы, довольные своей щедростью, отправились на юбилей к Аллочке.
В дверях нас встретила усталая, невыспавшаяся мама Рита.
– Что это такое? – спросила она, глядя на коробки. – У меня погремушки, у нее – пупсики. Мы с ней решили отдельно дарить, – сказал я.
– Где наша маленькая юбилярша? – заглянула нетерпеливо в комнату моя жена.
– Минуточку, минуточку, – остановила ее мама Рита, – что это вы вздумали?
– Доводим до твоего сведения, – начал я, – что у твоей дочери сегодня юбилей. Пятьдесят дней. Первая круглая дата. Подарки – юбиляру, шампанское – на стол! Тебе тоже можно немного выпить. Я консультировался с врачами.
– Минуточку, минуточку, – повторила еще раз Рита.
Она отобрала коробку, достала первую попавшуюся погремушку и сказала:
– Можешь подарить эту одну, а Ольга пусть подарит одну куколку, но не больше, не коробками.