— Мне интересно как у тебя с родителями теперь отношения сложились.

— Нормальные, — негромко и добродушно засмеялся Вадим, — сейчас абсолютно нормальные, они меня вроде как понимают, я их. Мама теперь только с травматикой всюду ходит и без украшений, папа еще пару ружей купил. На охоту пару раз вместе ездили. Если мама задерживается на работе, я ее хожу встречать, если не могу то папа ходит. Еще папа пиво бросил пить, в бассейне регулярно плавает, мы иногда для тонуса спаррингуемся. Он еще в силах, я разок зевка на спарринге словил, так он меня в аут отправил. Деньги вообще не вопрос… если надо, то дают, хотя я и сам подрабатываю немного. А у тебя что проблемы с юным поколением? — и не дожидаясь ответа утешил, — Все нормально будет.

— Ну ладно, — чуть смутился я и нерешительно спросил, — А зачем вы мне все это рассказываете?

Длинная пауза. Он внимательно меня рассматривает. А мне не нравится когда на меня смотрят в упор.

— Я слушаю тебя Вадим, — уже не скрывая раздражения сказал я, — так зачем?

— Вообще то меня ребята Максом зовут, — негромко заметил он, — а так… Юра со мной и другими ребятами поговорил, еще когда ты сообщил, что возможно приедешь, в общем мы решили… рассказать тебе кое-что… и попросить…

— Что попросить?

— Рассказать о нас, пока мы еще живы.

Уже вечеряло и в кафе где мы разговаривали народу прибывало. Посетители расслаблено пили кофе, с аппетитом ели свежеиспеченную сдобу, болтали ни о чем или о дневных делах. Эта обычная вечерне праздная жизнь уставших после работы людей была далека от нашего разговора. Посмотришь вокруг и думаешь, ну о чем мы говорим? Какие тут нацисты? Где основания для всех этих мрачных как высосанных из пальца обобщений, для этих кликушеских воплей: «эта страна и весь этот народ никому не нужны… миллионы русишь швайн…» Где? Да нет ничего такого. Все хорошо. Нормальные люди, нормальная страна. Есть проблемы? А у кого их нет?