Вадим недовольно оглядевшись по сторонам жестом показал официанту: Счёт! Тот подошел и не давая в руки бордово кожаную книжку сухо произнес:

— За счёт заведения.

— Почему? — держа в руках бумажник, растерялся я.

— Я слышал, о чём вы говорили, — очень тихо сказал молодой парнишка официант и смущенно улыбнулся, — пока посетителей было мало я специально вас подслушивал, а вы увлеклись и даже не заметили.

Твердо повторил:

— Все за счёт заведения.

— Хочешь встать с нами? — сдержанно спросил его Вадим.

— Нет, — так же сдержанно ответил тот, — я хочу закончить институт, женится на своей девушке, пусть и в кредит купить квартиру, а там и дети, хорошо бы двоих: мальчика и девочку. Бунта и войны не хочу.

— А…? — начал было я, но щуплый русоволосый мальчик официант меня прервал:

— Я тут подрабатываю, а вообще то на геофизика учусь. Это, — неприметно показывая на внешне беззаботных посетителей кафе, негромко сказал он, — как воскресный пикник летом в горах, они отдыхают, веселятся, думают и говорят о пустяках и не слышат как под веселой зеленой травкой в глубине горы уже бушует магма и огненная лава вот-вот вырвется из жерла. Вот оно… слушайте!

— Он что уже совсем ох…ел?! — орал в дорогой мобильный телефон, сидевший за соседним столиком средних лет хорошо одетый мужчина с покрасневшим от возмущения лицом, — Обычная ставка федерального отката двадцать пять процентов, а ему уже тридцать пять подавай? Сука! Сука!! Сука!!! Все никак не нажрется?! Может еще и пятьдесят потребует? Что?! Я в столице! Да… да и завтра же в министерство. Что?! Тогда сегодня! Прямо к нему домой! Так дела не делают! Тридцать, ты слышал, тридцать это максимум… Официант! Быстро! Счёт!

Глава вторая

Огненны наши души,

Наши тела — лёд.

Слушай, соратник, слушай: