Непременным условием в проведении древнего обряда было и наличие девяти юношей-девственников, с этим были проблемы. Но актив обещал постараться.

На посошок — без занесения в протокол, было решено — сразу по окончании празднования Ысыаха, всем доверенным лицам необходимо конспиративно собраться в тайге, возле арангаса.

Шумно, весело, с танцами, песнями и драками, древний языческий праздник, худо-бедно, закончился. Обошлось без человеческих жертв: Ёндёрюська успел зачитать свою новую поэму еще с утра, на торжественной части, пока народ ещё находился в узде.

Когда солнце и луна поменялись на небосклоне местами, то есть — луна утвердилась на востоке, а солнце на западе, кто-то остался спать укрывшись лёгким слоем тумана на алаасе, кто-то продолжил праздновать по дворам. Жертву затребовал обиженный Старик. Было так…

Приглашённый из соседнего района шаман Бёкка Никифоров неистово камлал, два почтенных старца с важным видом стояли рядом, девять юношей копали могилу промеж елей, зрители, со стаканами в руках и с трепетом в сердцах, наблюдали за происходящим: белыми ночами всё прекрасно видно.

Колхозный кузнец, после шаманского благословения, ударами обухом топора по лбу быстро забил всех жертвенных животных, мужчины, разведя дымокуры для защиты от комаров и тщательно заточив ножи, начали свежевать скотину.

Ойун Бёкка был настоящим шаманом — все, кроме властей, об этом знали. Впадая в транс, Бёкка разговаривал с духами и вещал. Даже, говорят, и сам начальник якутского Гидрометцентра не брезговал заезжать к нему в гости. Всё ведающий агроном при этом многозначительно поднимал вверх указательный палец и произносил непонятное слово: — «консультация!». Забегая вперёд и не по теме нужно признать — только благодаря «консультациям» репрессии обошли начальника Гидрометцентра стороной. Да, умели в то время работать.