Что оставалось делать бедняге предпринимателю? Он связался по телефону с революционной милицией, та вмешалась; но вместо того, чтобы прибегнуть к грубому насилию надо всеми без разбора, ограничилась тем, что путем жеребьевки из четырехсот имен отобрала четыре. (Понятно? Всего по одному из ста.) Эти четверо были арестованы и повешены — но не на месте преступления, а здесь, на пьяцца дель Пополо, дабы казнь послужила одновременно рекламным целям: действительно, на комбинезонах, в которые одеты четверо повешенных, крупными буквами значится название предприятия.

Таким образом, напряжение, создавшееся на одном из заводов, удалось снять, и притом не прибегая к крайностям; можно поручиться, что революционное движение экстремистского толка не колеблясь прикончило бы поголовно всех взбунтовавшихся рабочих, так беспардонно противопоставивших себя закону.

О революциях следует судить по их стилю — так считает ваш Джо.

В Трастевере царит порядок

Старуха Мэри отколола очередной номер — какой именно, неизвестно, так как этой ночью она в гостинице не ночевала и до сих пор о ней ни слуху ни духу. Я предпочитаю сидеть и выжидать, делая вид, будто ничего не случилось. Ну их к дьяволу, еще нарвешься на дипломатический скандал... Впрочем, если бы меня из этой вонючей помойки попросили убраться восвояси, я был бы только рад. Но тогда я нарушил бы данное вам, друзья-читатели, обещание! Воображаю, что бы с вами было, если, развернув газету, вы бы вдруг обнаружили, что ваш Джо вас обманул, не явился на тайное свиданье. Могу себе представить, какие оскорбления и угрозы обрушили бы вы на голову добряка директора!

С другой стороны, Мэри, при всей своей мягкости и даже некоторой наивности, не раз доказывала, что умеет с честью выйти из любого положения. Помню, был даже такой случай, когда она решила стать медсестрой, — если не ошибаюсь, в отряде вьетконговцев; за каким чертом ее понесло во Вьетнам, не помню, а может, она мне так и не объяснила.



14 из 57