Результаты огласили в девятое новолуние, когда зацвели коричные деревья. Чун Ян стал пятым и получил право на серебряные слитки от местных сановников: так награждали ставших мандаринами победителей. Молодой человек потратил все деньги на две штуки лучшего шёлка и пару коралловых серёг для Люй И — она так давно не носила ничего, кроме простых холщовых платьев.

Когда он вернулся домой, Люй И, не слушая его протестов, выкрасила шёлк в тёмно-синий цвет и скроила ему два новых кафтана. А ещё она сшила мужу две пары обуви.

В конце осени Чун Ян отправился на императорский экзамен. Люй И проводила его до подножия горы.

— Я вернусь через полгода, — сказал он, вытирая слёзы на лице жены. — Я должен преуспеть. Тогда у нас начнётся хорошая жизнь и ты будешь избавлена от тяжёлой работы.

Люй И опустила глаза и долго молчала.

— Выслушайте мой совет, — наконец сказала она. — Вы родились в роскоши, а потом лишились всего. Помните, всё в этой жизни преходяще, и мы не знаем, увидимся ли в следующей. Ни бедность, ни богатство не должны стать помехой нашему счастью.

— Если со мной в дороге что-нибудь случится…

Чун Ян не договорил. Он обвёл взглядом окрестности и заметил на краю дороги старую плакучую иву. Он увлёк Люй И за собой и заставил её опуститься на колени.

— Эта ива — свидетельница нашей клятвы, — сказал он. — Если со мной что-то случится и мы больше не увидимся в этой жизни, непременно найдём друг друга в самом начале следующей. Мы родимся близнецами и будем расти, не расставаясь ни на мгновение.

Люй И нахмурилась. Ей не понравились слова мужа, но Чун Ян настаивал, и она поклялась. Они простёрлись ниц перед деревом.